Безумное дитя (domovushka) wrote,
Безумное дитя
domovushka

Мученик Вонифатий: «Велик Бог! Велик Христос!»



1 января. День, отмеченный для многих наших сограждан тяжким похмельем… Сравнительно недавно он стал днем памяти мученика Вонифатия, хотя память этого святого на протяжении многих веков праздновалась… в мае. Неслучайно в первый день года Церковь вспоминает человека, который не только справился со своей страстью к «возлияниям», но и пошел на смерть за свою веру и свое стремление к чистоте жизни.

Может быть, живи Вонифатий сегодня, за образ жизни никто бы его особенно и не осуждал. Да, любил молодой человек погулять, повеселиться, вина выпить, чтобы кровь взыграла. Да, жил, как бы сейчас сказали, «гражданским браком» со своей возлюбленной — Аглаидой, девушкой неглупой и красивой. Правда, тайно, потому что слишком разнились их социальные статусы: знатная римлянка и раб, ее домоуправитель. Что поделаешь: незамужняя Аглаида до смерти влюбилась в своего красивого слугу, и он отвечал хозяйке взаимностью.

Разве так не бывает? Госпожа и ее худородный любовник. Их история любви могла бы остаться сюжетом для дешевой мыльной оперы, одной из миллионов, а стала героической сагой.

Началось все с того, что этих молодых людей — странное дело! — мучила совесть…

Рим, вторая половина 3 века нашей эры. Вонифатий и Аглаида живут, наслаждаясь друг другом и жизнью. Может, само рабское состояние, а может, врожденные качества располагали юношу жалеть людей, помогать им — не был он надменным повесой без гроша за душой. И Аглаида, как и Вонифатий, терзалась от чувства неправды своей жизни, молилась, но что поделаешь — страсть была сильнее! Слаб человек. Но силен Бог, если у слабого человека хватает решимости и терпения принять Его помощь…

Неизвестно, от кого услышала Аглаида рассказ о мучениках, которых в то страшное время было очень много — 3 век, гонения на христиан императора Диоклетиана — ее, наверное, будто кольнуло в самое сердце. Римлянка захотела привезти мощи мученика, чтобы построить домовую церковь у себя в имении, с почетом их там положив.

Представим себе дочь нефтяного магната, мечтающую за 4-метровым забором своего загородного дома-замка на Новой Риге возвести небольшой храм, а внутри поместить привезенную из далеких стран святыню. Будет, наверное, похоже.

О чем мечтала Аглаида? Наверное, о том, что они с Вонифатием заживут честной, добродетельной жизнью, «с чистого листа», а святой мученик будет им помощником, наставником на этом пути. Как говорила героиня фильма «Неоконченная пьеса для механического пианино» своему возлюбленному: «Мы начнем новую жизнь, чистую, светлую. Мы станем жить в деревне, будем работать, много работать…».

Может быть, с похожими идиллическими мечтами Аглаида стала снаряжать в дорогу своего раба Вонифатия. Дала ему денег на выкуп мощей, снарядила нескольких сопровождающих и послала в Малую Азию. Уже выходя на дорогу, Вонифатий обернулся и бросил возлюбленной в шутку: «А что, если я не сумею найти тело мученика? Может, тебе привезут тогда мое тело, замученное за Христа — примешь ли его?»

Аглаида упрекнула шутника и напомнила ему, что цель его поездки не терпит насмешничества.

Этот упрек вспоминался Вонифатию в дороге… Времени было предостаточно, и он задумался обо всем, что ему предстоит сделать, о тех людях, которые сейчас погибают с именем Христа на устах, о том неизвестном ему пока христианине, чье, быть может, обезображенное побоями тело ему предстоит выкупить за огромные деньги. Вонифатий решил поститься, не пить такого привычного ему вина, молиться перед предприятием, которое — права Аглаида! — слишком серьезное, чтобы относиться к нему легкомысленно.

В киликийском городе Тарсе Вонифатий оставил своих спустников в гостинице, а сам отправился на городскую площадь. Там творилось обычное для того времени дело: казнь «государственных изменников» — людей, не желающих признавать римских богов. Мучения, каким подвергали этих людей, были страшные, изощренные: одного медленно жгли на костре, другого сажали на кол, третьего перепилывали пополам деревянной пилой. Дикость того времени нам представить сложно.

Но, должно быть, гораздо больше молодого раба поразило другое: мученики не сыпали проклятиями, не молили о пощаде, а их лица светились каким-то неземным светом… Пораженный Вонифатий стал ходить от одного мученика к другому, плакал, обнимал страдальцев, целовал их ноги, просил их молитв. Схваченный судией, который руководил этими зверствами, Вонифатий на его гневные расспросы просто сказал: «Я христианин».

Юношу связали, подвесили вниз головой и зверски избили. Потом вонзали острые иглы ему под ногти — страшный прием, который столетия спустя использовался в нашей стране, в застенках НКВД.

«Велик Бог! Велик Христос!» — только и говорил мученик на все попытки заставить его исповедать язычество.

Когда в горло Вонифатию залили раскаленное олово, случилось чудо: это изуверство не повредило ему! Собравшиеся на площади зеваки стали кричать: «Велик Бог христианский!»

Поднялся мятеж. Горожане принялись кидать в судью камни, и тот с позором вынужден был скрыться. Разгоряченная толпа устремилась к языческим храмам — крушить идолов…

Но на следующий день волнение утихло и… Вонифатия продолжили пытать. Когда он невредимым оказался в котле, кипящем смолой, а мучители, готовившие пытку, обгорели… судья испугался и отдал приказ покончить с молодым христианином. Вонифатию отрубили голову.

Его спутники, два дня прождавшие его в гостинице, мысленно перемыли все косточки Вонифатию. «Конечно, этот любитель удовольствий сейчас в какой-нибудь корчме или в доме терпимости развлекается! Чего от него еще ждать?!» — негодовали они. Когда эти люди узнали о казни и разыскали тело святого, то не могли, наверное, найти слов от стыда.

Аглаида ждала возвращения возлюбленного. Предчувствовала она что-то или нет? Как это иногда бывает, брошенное в шутку слово оказалось пророческим. Во сне Аглаида увидела Ангела, который предупредил ее: «Встречай не возлюбленного, а брата и сослужителя нашего». А на следующий день Вонифатий вернулся — своими мощами.

Конечно, Аглаида построила храм, в котором поместила тело мученика — и от его мощей люди стали исцеляться. А сама знатная римлянка раздала свое богатое имение нуждающимся и отреклась от мира. Ее жизнь закончилась через 18 лет молитв и праведной жизни. Говорят, что похоронили их рядом — Аглаиду и Вонифатия, госпожу и раба, обычных, подверженных пагубным привычкам и страстям людей, стяжавших святость; любовников, ставших монахиней и мучеником Христовым.

Святой мученик Вонифатий и святая праведная Аглаида, молите Бога о нас!
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments